redstar.ru

A+ A A-

Чуть больше двух недель осталось до российского этапа Гран-при по фигурному катанию «Кубок Ростелекома». Отечественные поклонники этого вида спорта ждут его с огромным нетерпением. Всё дело в том, что не каждый день любители фигурного катания могут наблюдать воочию, а не у телеэкранов, за олимпийскими чемпионами Сочи Ксенией Столбовой и Фёдором Климовым, Еленой Ильиных и Никитой Кацалаповым (хоть их дуэт и распался), ну и, конечно же, Аделиной Сотниковой. В данный момент наши олимпионики готовятся к соревнованиям, и подобраться к ним нереально. Зато практически без проблем можно встретиться и поговорить с их тренерами и хореографами, чем «Красная звезда» и решила воспользоваться. Так, нашим собеседником стала хореограф Аделины Сотниковой Ирина Тагаева.

– Ирина Анваровна, расскажите нашим читателям немного о себе. Где родились? Учились? В общем, как вы стали хореографом?
– Родилась я в Узбекистане в семье гидрогеолога и педагога английского языка. Сколько себя помню, меня всегда тянуло к самодеятельности. Стишки, танцы и песенки на утренниках в детском саду сделали своё дело. Родители, видя, мою тягу к музыке, видя, какой артистичной я была в детстве, после 3-го класса решили отдать меня в хореографическое академическое училище. Сперва после средней школы мне было, честно говоря, трудновато. Ведь если в школе ты отсидел 5 или 6 уроков и пошёл домой, то училище – это некая «страна». Ты приезжаешь на учёбу утром и попадаешь домой только поздно вечером. Ведь, помимо общеобразовательных предметов, там были музыка, хореография, танцы, искусствоведение. Проучившись три года в том училище, я получила приглашение переехать в столицу для учёбы в Московском хореографическом академическом училище, которое находится на «Фрунзенской». А было это так. В советское время было принято преподавателям различных московских, да и не только московских, училищ разъезжать по стране и искать таланты в регионах. Так меня и приметили. В итоге я попала в класс Галины Константиновны Кузнецовой, которой я безумно благодарна, которая не побоялась меня взять. Жили мы в интернате. Как вы понимаете, если в Ташкенте на ночь я уходила домой, то, оказавшись в Москве, я была в училище 24 часа в сутки. Тяжело было только первое время, а потом стало легче. Так в итоге незаметно пролетела учёба, и я получила на руки диплом по специальности «Артистка балета».
– И вот диплом на руках, грезили, наверное, Большим театром или Маринкой? А куда вас направила судьба? Ведь, насколько я понимаю, у вас было распределение?
– Да, абсолютно верно. По окончании училища нам стали предлагать всевозможные места для дальнейшей работы. Остаться в Москве или поехать в Ленинград не представлялось возможным. Причина банальная –  не было прописки. А вот Новосибирск, Красноярск, Тбилиси – пожалуйста. Подумав, поразмыслив, пообщавшись с родителями, я решила, что лучше уж я поеду домой в Ташкент. Вернувшись на родину, я устроилась солисткой в Театр оперы и балета имени Алишера Навои.
– И всё же Ташкент, балет и фигурное катание как-то не связываются вместе.
– Я уже проработала несколько лет в Ташкенте, причём мне уже доставались и сольные номера, а не только массовка. В это время  в наш город приехали представители Санкт-Петербургского государственного академического Театра балета Бориса Эйфмана, и один из педагогов предложила мне переехать в город на Неве. Она вообще мне спросила: мол, что ты тут забыла? Я ей ответила:  а кто я такая? Кто меня к вам возьмёт? У вас там и так такая конкуренция. И всё-таки она меня убедила попробовать. Нет, в Санкт-Петербург я с ней сразу не полетела, она отсняла моё выступление на камеру. Вы не представляете, что я испытала, когда спустя всего три дня раздался звонок: «Ирина, мы вас берём в наш театр». И нет бы мне ответить согласием. Я отказалась. Почему? Я испугалась бытовых проблем. Вспомнила интернат, общежитие. А тут всё-таки мама, папа, родной дом.
– Как восприняли это решение ваши близкие? Они поддержали вас или, наоборот, сочли это безумием? Всё-таки Санкт-Петербург – это не Ташкент.
– Они меня поддержали, за что я им благодарна. Однако тот звонок так и сидел у меня в голове. В итоге спустя три месяца я набралась наглости и позвонила в Северную столицу. Конечно, там опешили. Сказали, что вакантных мест нет, но тем не менее предложили, чтобы я всё равно приезжала. Не помню уже, был ли у меня собран чемодан с вещами, но вечером того же дня я улетела из Ташкента. Проработав в Питере три года, я перевелась в Москву, в Труппу классического балета. Потом были прекрасные годы в «Имперском русском балете», который возглавляла Майя Михайловна Плисецкая. Однако потом одна за другой меня стали преследовать травмы. В итоге я приняла решение стать преподавателем у детей, что мне чрезвычайно понравилось.
– Ирина Анваровна, но всё же как вы попали в фигурное катание?
– Случайно. Я познакомилась с Ильёй Авербухом, который только-только завершил карьеру и решил открыть свою школу фигурного катания, а так как у них были проблемы с хореографами, мне предложили как раз стать им. Я уже поработала некоторое время в этой школе, когда Илья предложил мне должность хореографа в новом шоу «Ледниковый период». Так как это всё для меня было практически ново, но в то же время очень интересно, я согласилась. О чём ни капельки не жалею. Вообще я считаю, всё, что ни делается, – всё к лучшему. Вот встретился тебе человек, значит, это определено тебе судьбой. Так, во время съёмок «Ледникового периода» я познакомилась с Татьяной Анатольевной Тарасовой, которая предложила мне поработать с детишками ЦСКА. Оказавшись в ЦСКА, я познакомилась с Еленой Водорезовой, которая дала мне небольшую группу детей, так сказать, на испытательный срок. Как видите, мой испытательный срок в армейском клубе длится уже почти 10 лет (смеётся).
30-28-10-14– Помните, как произошло ваше знакомство с Аделиной Сотниковой?
– Конечно. Это как раз моя первая группа – девочки 9–10 лет. Вот в ней и была Аделина. Конечно, сейчас можно сколько угодно говорить, что уже тогда я поняла, что этот ребёнок – настоящий самородок, но это будет не совсем так. Да, она была очень талантливой и выделялась из общей группы, но скажи мне тогда, что она станет олимпийской чемпионкой, я бы, наверное, не поверила. Но видите, как всё вышло, 9 лет нашей совместной работы не прошли даром.
– Что испытывали вы и Аделина, когда в Сочи было принято решение, что она не будет кататься в командном турнире, а выступит  только в личных соревнованиях?
– Сейчас, уже по истечении такого периода времени, можно говорить, что ничего страшного тогда не произошло. Ну не попала и не попала в состав. Но это не совсем так. Ребята стали олимпийскими чемпионами, а мы с Аделиной улетели в Москву и 8 дней готовились к своим стартам. Даже не представляю, что у неё творилось внутри, но я так думаю, что именно это обстоятельство подстегнуло её, и она блестяще выступила в личном турнире, став первой в истории нашей страны олимпийской чемпионкой в одиночном катании.
– Чем отличается работа тренера от работы хореографа?
– Тренер больше занимается технической частью, ставит прыжки, шаги, а от меня больше требуется духовная составляющая, артистическая составляющая, некие художественные моменты. Выбор музыки, подбор костюмов. Поверьте мне, это не так уж и легко. Те же коньки делаются на заказ. Например, коньки, в которых Аделина выиграла Олимпиаду, сделаны на заказ — она специально ездила в Италию, чтобы там сняли мерки. Стоят они 500 долларов (лезвия к ним — ещё 300), а хватает их на полсезона, редко — на год. Костюмы, в которых выступают спортсмены топ-уровня, к которым принадлежит Аделина, стоят от тысячи евро, и они все авторские. То есть изготовлены в единичном экземпляре.
– Те, кто хорошо знают Аделину, в один голос утверждают, что она очень добрый, мягкий человек. А таким ведь всегда непросто в большом спорте…
– Да, она добрая, отзывчивая… Я бы ещё добавила: очень внимательная и требовательная к себе. Наверное, поэтому у Аделины при всей её мягкости такой сильный внутренний стержень. Плюс то, что она уже с 12 лет боролась на соревнованиях сначала со сверстницами, а потом и со взрослыми фигуристками, и это сыграло свою роль. Она закалила характер, всегда выходила на лёд хоть и маленьким, но таким серьёзным бойцом, что развила в себе бойцовские качества, необходимые для больших побед. Только последние два года, когда у нас не всё получалось, как закалили!
– Нынешний сезон – самый трудный, но при этом, наверное, самый счастливый?
– Нет, не могу сказать, что в прошлом году было проще, а сейчас труднее. Когда ищешь ответ, как что-то сделать правильно и лучше, чем другие, на это годы уходят. Режим, тренировки, диета… Аделина, когда стала расти, даже спать раньше ложилась, чтобы не есть… Просто в олимпийский год всегда больше ажиотажа вокруг зимних видов спорта. Ну и к тому же Олимпиада домашняя. Она не то что сложнее – ответственнее. Что касается второй части вашего вопроса. Да, не скрою, нынешний сезон самый удачный, что в моей, что в Аделининой карьере. Надеюсь, он будет не последним и через 4 года в Южной Корее Аделина вновь станет первой. 

Другие материалы в этой категории: С армейских спортплощадок »

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

«Красная звезда» © 1924-2017. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика