Приказ № 195
     Весной 1943 года в Берлине и в Москве разрабатывались планы операций, которые должны были радикально изменить обстановку на советско-германском фронте. Гитлер готовил очередное летнее наступление германских войск. Он хотел вновь овладеть стратегической инициативой и все еще мечтал уничтожить Москву. В качестве направления главного удара был выбран Курский выступ, который по своей длине составлял немногим более 10—12 процентов всей линии советско-германского фронта. Однако именно в этой одной десятой фронта германское командование планировало сосредоточить 70 процентов танковых, 30 процентов моторизованных и более 20 процентов пехотных дивизий сухопутных войск Германии, находившихся на Восточном фронте. Сила для нового удара по Красной Армии собиралась огромная. Группой армий «Центр» командовал фельдмаршал Г. Клюге, один из наиболее опытных и верных Гитлеру полководцев третьего рейха. Действия армий Клюге должны были начаться в час «Ч». Когда этот роковой час наступит, знал только один человек - Гитлер. Фельдмаршал Э. Манштейн, командовавший группой армий «Юг», тоже готовил подчиненные ему войска к предстоящей битве.
     Готовясь к летнему наступлению на Востоке, Гитлер приказал своим наместникам в Белоруссии и на Украине уничтожить партизанские отряды и обеспечить беспрепятственную переброску войск к местам предстоящих сражений. В Белоруссии свирепствовал гауляйтер Кубе. На Украине - Кох. Используя предоставленные им неограниченные полномочия, они всячески стремились уничтожить партизан, советские разведывательно-диверсионные группы и отряды, которые действовали в белорусских и украинских лесах. Терроризируя местное население, тысячами уничтожая жителей городов и сел, фашисты стремились запугать патриотов, помогавших партизанам.
     В Москве тоже тщательно готовились к летним сражениям. Военная разведка добыла сведения о том, на каком направлении и какими силами фашисты планировали взять реванш за поражение под Сталинградом. В Ставке Верховного Главнокомандования прекрасно понимали, что лето 1943 года станет решающим рубежом Великой Отечественной войны. Необходимо было во что бы то ни стало добиться победы, закрепить успех и перейти в наступление по всему фронту. Важные предпосылки будущей победы предстояло создать партизанам и разведывательно-диверсионным группам военной разведки, действовавшим в тылу противника. 1 мая 1943 года Верховный Главнокомандующий И.В. Сталин подписал приказ под номером 195.
     Во втором пункте этого приказа говорилось: «Командирам всех родов войск и общевойсковым командирам – стать мастерами вождения войск, умело организовывать взаимодействие всех родов войск и управлять ими в бою. Изучать противника, улучшать разведку – глаза и уши армии, помнить, что без этого нельзя бить врага наверняка…»
     В четвертом пункте указывалось: «Партизанам и партизанкам – наносить мощные удары по вражеским тылам, путям сообщения, воинским складам, штабам и предприятиям, разрушать линии связи противника. Вовлекать широкие слои советского населения в захваченных врагом районах в активную освободительную борьбу, спасая тем самым советских граждан от угона в немецкое рабство и от истребления гитлеровскими зверями. Мстить беспощадно немецким захватчикам за кровь и слезы наших жен и детей, матерей и отцов, братьев и сестер. Всеми силами помогать Красной Армии в ее борьбе с подлыми гитлеровскими поработителями…»
     Спустя сутки приказ № 195 специальной радиосвязью был передан командирам партизанских соединений и разведывательно-диверсионных отрядов, которые в тылу противника решали специальные задачи. Руководил действиями разведывательно-диверсионных отрядов и групп начальник Разведуправления ГШ Красной Армии генерал-лейтенант Ф.Ф. Кузнецов.
     Приказ № 195 был получен и Особой партизанской бригадой, которая действовала в Белоруссии. В мае 1943 года этой бригадой командовал капитан Давид Кеймах. Заместителем Кеймаха по агентурной работе был военный разведчик майор Николай Федоров.
     Давид Кеймах родился в 1906 году в Одессе. В 1933 г. окончил Московский электромеханический институт, работал старшим инженером научно-исследовательской лаборатории Главного артиллерийского управления Красной Армии. В том же институте работал Григорий Линьков. И Кеймах, и Линьков обратились к руководству института с просьбой направить их на фронт.
     Д. Кеймах был призван в Красную Армию. Казалось бы, что специалистом в области артиллерийского вооружения должно было заинтересоваться командование артиллерийских войск. Получилось иначе. Давид Ильич был откомандирован в распоряжение военной разведки. Не исключено, что это было связано с направлением в распоряжение военной разведки Григория Линькова.
     Линьков имел опыт партизанской борьбы, который приобрел в годы Гражданской войны, когда активно сражался против войск Колчака и атамана Дутова. В тех боях красные и белые защищали свою правду, Линьков был на стороне красных, получил два тяжелых ранения, но остался жив.
     После Гражданской войны Г. Линьков учился в партшколе, на рабфаке, затем окончил Военную электротехническую академию и накануне нападения фашистской Германии на СССР работал в научно-исследовательском институте Красной Армии. В 1941 году Григорий Линьков имел воинское звание военный инженер 2 ранга. В начале июля 1941 года он подал рапорт на имя начальника института с просьбой направить его в тыл противника. Но ему было отказано.
     19 июля Линьков вторично обратился в Секретариат ЦК ВКП(б) с просьбой направить его в составе группы специально подготовленных 15—20 человек в тыл врага для партизанской борьбы. В заявлении он писал: «…Принятое мною решение и моя просьба были обоснованы моим опытом партизанской борьбы в тылу врага, приобретенным в годы Гражданской войны… Я имею большой опыт работы с массами, хорошо знаю быт и нравы деревни и считаю, что эту сложную и ответственную задачу я выполню с честью. А если придется отдать жизнь, то я предпочитаю через 25—30 дней умереть в бою, чем через 25—30 лет умереть на постели. Мне 42 года, но физически здоров и способен перенести любые трудности. У меня есть жена, любимый сын, но что может быть любимей матери Родины?..»
     Вторая просьба Григория Линькова была удовлетворена. Он был призван в армию и направлен в распоряжение военной разведки. В сентябре 1941 года Григория Линькова назначили командиром, а Кеймаха - комиссаром разведывательного отряда, которому предстояло действовать на территории Белоруссии в тылу противника.
     Выброска разведотряда Линькова прошла неудачно. Десантники и их груз с вооружением и продуктами питания были разбросаны по обширной территории. Некоторые разведчики были убиты немцами. Несмотря на исключительно трудные условия и отсутствие радиосвязи с Центром (до марта 1942 г.), Линькову удалось организовать и провести немало успешных диверсионных операций в глубоком тылу противника.
     15 февраля 1942 года отряд, в котором находился Д. Кеймах, вернулся из-за линии фронта. На этом дороги Линькова и Кеймаха разошлись.
     В марте 1942 года Д. Кеймах в составе разведгруппы под командованием Героя Советского Союза майора Василия Щербины вновь был заброшен в тыл противника. Группа действовала на территории оккупированной немцами Белоруссии в районе городов Лида - Молодечно - Минск - Лепель - Полоцк. Постепенно с помощью местных патриотов разведгруппа переросла в разведывательный отряд.
     24 сентября 1942 г. майор В. Щербина проводил занятие с разведчиками, которых обучал использованию новых магнитных мин для совершения диверсий. Неожиданно мина, с которой работал Василий Васильевич, взорвалась в его руках… Командиром отряда был назначен Давид Кеймах. В Центре он имел псевдоним Дима.
     Отряд продолжал успешно выполнять задания командования военной разведки. Летели под откос фашистские поезда с военными грузами, личным составом и боевой техникой, уничтожались гитлеровские солдаты и офицеры, взрывались мосты, предприятия военного значения, ремонтные мастерские и склады. В Центр бесперебойно поступали сведения о действиях противника в зоне ответственности особой партизанской бригады под командованием Димы.
     8 мая 1943 года Д. Кеймах получил из Центра вышеупомянутый приказ № 195. Изучив его, Кеймах пригласил к себе заместителя командира отряда по агентурной работе майора Николая Федорова. Николай Петрович днем раньше прибыл из Центра. Перед убытием в тыл противника прошел специальную подготовку. В Центре Федорову был присвоен псевдоним Колокол.
     О чем говорили офицеры в партизанской землянке в Рудненском лесу, сегодня уже никто не скажет. Но несомненно речь шла об активизации разведывательно-диверсионной работы силами бригады. Не исключено, что на том совещании впервые прозвучали слова о необходимости проведения в Минске крупной террористической операции против немцев, которые свирепствовали не только в белорусской столице, но и во всех городах и селах поверженной, но не сломленной республики. Приказ № 195 требовал от разведчиков более активных действий против врага.
     Вполне можно предположить, что именно в тот день командир отряда поручил своему заместителю майору Федорову, отвечавшему за организацию и проведение агентурных операций, изучить возможности уничтожения гауляйтера Кубе…
     Вариантов почти нет…
     В Минске в 1943 году действовала группа подпольщиков, которая собирала сведения о немцах и передавала их в отряд Кеймаха. Это была трудная, опасная и сложная работа. Группой руководила Мария Борисовна Осипова, которая в переписке Кеймаха с Центром упоминалась как резидент Черная.
     Кеймах попросил Центр подготовить и направить в его отряд двух радистов, которых он планировал устроить в Минске и таким образом создать условия для более оперативного направления в Москву по каналам специальной радиосвязи сведений о противнике. М. Осипова провела в Минске необходимую подготовительную работу и готова была принять в свою группу радиста. Ожидая пополнения из Москвы, Мария Осипова продолжала навещать партизанский отряд Димы, передавала Д. Кеймаху сведения о фашистах, получая новые задания и рекомендации по их выполнению.
     Мария Осипова, можно сказать, была ровесницей Давида Ильича. Она родилась в 1908 году в деревне Серковицы Соколинского сельсовета Толочинского района Витебской области. Родители Марии, как и многие другие сельчане, работали на местном стеклозаводе «Серковицы». Во время Гражданской войны заводик был разрушен, и Мария в поисках заработка подалась в деревню Дретунь, где такой же стеклозавод сохранился. Он получил название «Труд». На заводе изготовлялись большие бутыли. Для каких целей, никто из рабочих не знал. Мария стала работать на предприятии и активно включилась в общественную жизнь небольшого, в основном молодежного коллектива.
     На VI съезде комсомола Белоруссии Мария познакомилась с Яковом Осиповым, который вскоре стал ее мужем. К 1933 году Мария уже растила двоих детей, училась в Высшей коммунистической сельскохозяйственной школе, а затем – в Минском юридическом институте. Она была из тех представителей рода человеческого, которые никогда не останавливаются на достигнутом, жадно тянутся к новым знаниям, используя их во благо людям.
     После окончания Минского юридического института Мария получила направление на работу в Верховный суд Белоруссии. Дочь Тамара была школьницей, сын Юра посещал детский сад. Семья Осиповых была очень дружной. Все рухнуло в июне сорок первого...
     - 22 июня, - вспоминала позже Мария Борисовна, - я вынесла на улицу, чтобы развесить для сушки, белье и из соседского репродуктора, похожего на черную тарелку, услышала голос Молотова: «...Враг вероломно напал на нашу Родину. Идут сильные бои в Бресте…»
     На следующий день Мария отвела шестилетнего сына в детский сад, который по распоряжению властей республики эвакуировался в тыл. Дочь находилась в пионерском лагере и должна была возвратиться домой еще в воскресенье, но задержалась у родственников в Осиповичах. Муж получил предписание из военкомата. Мария осталась одна и поняла, что не может бездействовать.
     
Продолжение в следующем номере
     
На снимках: Герой Советского Союза Мария ОСПОВА, Герой Советского Союза майор Николай ФЁДОРОВ